Previous Entry Share Next Entry
Дэвид Хокни: портрет художника в старости
kipling
sindzidaisya
Разговоры о живописи продолжаются. Что касается современной малоизвестной классики, то лучшего примера, чем Дэвид Хокни, трудно найти.
Оригинал взят у oubb в Дэвид Хокни: портрет художника в старости
Оригинал взят у alexvadim в Дэвид Хокни: портрет художника в старости
88.24 КБ

Дэвид Хокни – самый известный английский художник и один из главных в мире. Для Британии возвращение Хокни на родину после сорока лет жизни в Калифорнии – возвращение блудного сына. Национальная портретная галерея три года готовила ретроспективную выставку «Портреты Дэвида Хокни», впервые собрав вместе 150 работ, сделанных за последние полвека. Выставка прошла минувшей зимой с колоссальным успехом и имела несомненную автобиографическую окраску – Хокни почти не работает на заказ, и большинство героев его портретов – друзья, любовники и родственники.

87.77 КБ

Дэвид Хокни родился в Брэдфорде в 1937 году и с раннего детства проявил способности к рисованию. Закончив школу, он поступил в местный художественный институт, но особо не выделялся и в гениях не ходил. Дальше был Лондон, Королевский колледж искусств, знакомство с еврейским гением Р.Б. Китаем и выставка Пикассо в галерее Тейт в 60-м году, оказавшая на молодого Дэвида огромное влияние. В следующем году Хокни едет в Нью-Йорк, знакомится с Энди Уорхолом и с удовольствием погружается в сладкую атмосферу порока, окружавшую короля поп-арта. Америка очень увлекла Дэвида и, как только появилась возможность, он в середине 60-х переехал из Лондона в Лос-Анджелес, где окончательно состоялся как художник: свет, вода и мужская красота стали его главными темами. Лос-Анджелес опьянил его своим теплом, цветом и сексуальной раскрепощенностью. В хрестоматийных работах, как «Большой всплеск» или «Политая лужайка», смешивая простые формы и сложные движения с явным гомоэротическим подтекстом, Хокни изменил представление Лос-Анджелеса о самом себе, и стал его самым известным художником. Жизнь и искусство всегда были сильно переплетены у Хокни – тем интересней было разглядывать на выставке его многочисленные наброски.

55.08 КБ

Четыре года назад Дэвид Хокни вернулся в родной Йоркшир из Голливуда и поселился на вилле покойной матери в курортном Бридлингтоне. Казалось бы, что может быть дальше от калифорнийских пальм, прохладных бассейнов и мускулистых мальчиков, чем Бридлингтон, где полгода в году идет дождь, а из развлечений – чайная комната, где собираются местные старухи. Дэвид Хокни решил уехать из Калифорнии после смерти Стэнли, любимой таксы. Ехал ненадолго, но, посмотрев, как колосится йоркширская пшеница, остался навсегда. Художник заявляет, что находится в отличной форме, переживает расцвет и продолжает интенсивно работать. Посетители отвлекают его, и он никого не принимает, общаясь с миром через газеты, куда регулярно пишет письма со своими соображениями на злобу дня.
Его возвращение домой могло бы пройти спокойно, если бы не социальная активность репатрианта. Оглядевшись, он увидел, что страна изменилась – не в лучшую сторону. Для индивидуалиста Хокни любое давление государства на личность невыносимо, и он вступил в борьбу. Правительство он именует не иначе как «кучкой мещан», напоминая, что Эдвард Хит (предыдущий премьер, при котором он жил в Англии) «хотя бы играл на фортепиано». Художник вышел на демонстрацию в поддержку псовой охоты, выступил против запрета на курение в пабах и ограничения в правах футбольных хулиганов. Он осудил войну в Ираке, скептически высказался насчет объединенной Европы, публично разочаровался в лейбористах и сравнил обязательное пристегивание автомобильным ремнем с узаконенным бондажем. Хокни всегда славился парадоксальными суждениями. Пять лет назад он выпустил книгу, в которой утверждал, что старые мастера владели секретом фотографии, проецируя изображение на холст - искусствоведы восприняли его идеи в штыки.

62.41 КБ

Активная социальная позиция Хокни неслучайна – его родители были весьма активны в рабочем и профсоюзном движении своего времени. Отца держали в тюрьме во время Первой мировой за членство в социалистической партии, в 60-е он возглавил в родном Брэдфорде кампанию за ядерное разоружение, а когда Дэвид послал ему деньги за первые проданные работы, Кен Хокни накупил часов советского производства, которые раздал товарищам. Сам он носил две пары часов и бабочку, к которой приклеивал бумажные кружки. Его всегда заботил собственный внешний вид, и он хранил целую коллекцию очков и вставных челюстей на все случаи жизни. Мать Лаура Хокни была строгой протестанткой, трезвенницей и вегетарианкой с пронзительными голубыми глазами. Дэвид часто навещал ее, живя в Лос-Анджелесе, и всегда рисовал, даже на похоронах отца в 78-м – вплоть до ее смерти в 95-м. Отец оказал большое влияние на молодого Дэвида. Простой бухгалтер, он был художником-любителем, посещая вечерний класс городской художественной школы. Именно он открыл сыну волшебный мир музыки, театра, оперы. В остальном у них была типичная йоркширская семья – бережливая, богобоязненная и гетеросексуальная. Ни одно из этих свойств Дэвиду не передалось. Вспоминая отца, Дэвид Хокни говорит, что он научил его «не обращать внимание на то, что скажут соседи».
Новатор Хокни работает в традиционных жанрах – портрет, пейзаж, натюрморт, всерьез занимается историей искусства и преклоняется перед предшественниками – от Рембрандта до Пикассо. Хокни довольно закрытый человек, но в то же время выставляет свою частную жизнь напоказ – в портретах своих друзей и автопортретах. Он не работает на заказ – и его портреты много глубже внешнего сходства, внутренний мир своих моделей он знает отлично. Изредка он пишет портреты людей не ближнего круга, но близких ему по духу. Таковы ключевые фигуры культуры ХХ века – Энди Уорхол и Уинстон Хью Оден. Хокни – жадный читатель поэзии, мемуаров, истории и теории искусства, а в последнее время – материалов о технологии живописи. Хокни говорит, что не знает секрета вечности того или иного портрета. Тем не менее, «Мистер и миссис Кларк и кот их Перси» стал как символом «Свингующего Лондона», так и остался над временем. В последних работах больше чувствуется близость автора к герою – Хокни вновь и вновь возвращается к людям, знакомым ему на протяжении десятилетий. Дэвид Хокни словно задается вопросом: «Каким должен быть портрет в ХХI веке?». Но, похоже, сам не знает ответа – последние работы разочаровывают, оставляя ощущение незавершенности.

123.76 КБ

Хокни много занимался фотографией, экспериментируя с композицией и перспективой и делая коллажи из поляроидных снимков. Время от времени он рисовал случайных посетителей своей студии – таков «Дивайн», «божественный» - знаменитый в 70-е калифорнийский трансвестит, снимавшийся в андеграундовых фильмах Джона Уотерса. С этим портретом в 1978-м году начинается отход Хокни от натурализма – он по-новому начинает наслаждаться светом, цветом и пьянящим воздухом Южной Калифорнии. В 1999 году Хокни смотрит выставку портретов Энгра в Национальной галерее и делает вывод, что художник использовал в работе оптический прибор, предшественник современного фотоаппарата, благодаря которому добивался исключительного внешнего сходства. Хокни исследует технику Энгра – и пишет по его методу двенадцать портретов служащих Национальной галереи. Другим результатом его изысканий становится книга «Тайное знание: забытая техника старых мастеров», переведенная и в России.
Как и многие начинающие художники, Дэвид постигал секреты мастерства, рисуя собственное изображение в зеркале. Крупная, полная достоинства личность видна даже в этих юношеских портретах. Незадолго до открытия лондонской выставки был найден самый ранний автопортрет Хокни, сделанный им в 17 лет и подаренный подружке по художественному колледжу. Той не на чем было рисовать, и Дэвид подарил Терри Керкбрайд две картонки, пейзаж и портрет. Пейзаж Терри закрасила и отдала бывшему мужу, портрет оставила, но забыла при переезде. Разбирая чердак через полвека, ее квартирная хозяйка обнаружила сильно потрепанный портрет юноши в очках, вспомнила, что давняя жиличка училась со знаменитым Хокни и разыскала Терри на Оркнейских островах. Керкбрайд портрет забрала, обратилась в Национальную портретную галерею в Лондон на предмет реставрации, те готовили выставку - круг замкнулся, Терри и Дэвид снова встретились на вернисаже. «Через каждые пару лет я принимаюсь за серию автопортретов – начиная с 50-х годов. Пик пришелся на 1983-й, когда я вдруг понял, что начинаю стареть» - говорит Хокни. Почувствовав тогда одиночество и приближающуюся старость, Хокни рисовал себя ежедневно на протяжении двух месяцев.

31.64 КБ

В Лос-Анджелесе музой Хокни стал его друг и любовник Питер Шлезингер, с которым он познакомился в 66-м, когда Питеру было девятнадцать. Вместе они жили сначала в Санта-Монике, потом перебрались в Лондон. Для Хокни Питер стал воплощением «калифорнийской мечты». «Он был не только красивым, но любознательным и интеллигентным», вспоминал Хокни. Питер был героем многих интимных рисунков Хокни, но самым знаменитым стал его портрет «Питер вылезает из бассейна Ника», где обнаженная фигура построена на поляроидном снимке Шлезингера, опирающегося на капот машины. В 71-м Дэвид и Питер расстались – сказалась разница в возрасте, но в 1977-м, когда Шлезингер активно делал собственную карьеру в искусстве, Хокни написал его снова – на этот раз с Поляроидом в руках, внимательно смотрящим на художника. Питера сменил Грегори Эванс, который стал близким другом и постоянной моделью Хокни на протяжении тридцати лет – они познакомились в Лондоне в начале 70-х, вскоре перебрались в Париж и много путешествовали по миру. Их общий друг, Стивен Спендер, сравнивал Грегори со знатными флорентийцами на картинах Боттичелли.
Но главным героем портретов Хокни стал его многолетний друг Генри Гельдзалер, куратор искусства ХХ века в музее Метрополитен и ключевая фигура нью-йоркского культурного пейзажа. Их дружба держалась на колоссальной любви к искусству, они разговаривали о нем почти каждый день на протяжении долгих лет. Гельзалер ярко одевался и был большим позером. На двойном портрете «Генри Гельдзалер и Кристофер Скотт» куратор вальяжно развалился на диване в центре картины, в то время как его одетый в плащ любовник не то входит, не то выходит из комнаты. Сцена почти библейская, напоминающая о Благовещении. Один из самых трагических портретов Хокни сделал с Гельдзалера на его смертном одре.

91.63 КБ

Еще один герой – Джонатан Сильвер, с юности влюбленный в живопись Хокни земляк и основатель посвященной художнику «Галереи 1853» на старой фабрике под Брэдфордом. Мальчиком Сильвер затеял школьный журнал и попросил Хокни сделать обложку, оба любили такс – так началась их дружба. Это он предложил Дэвиду писать йоркширские пейзажи. Сильвер умер в 97-м, но музей живет и Хокни продолжает в нем выставляться. Чарли Шейпс, куратор, культуролог и ассистент Хокни в лос-анджелесской студии, в 2004-м делал вместе с Хокни выставку Роберта Мэпплторпа в Лондоне. На своем автопортрете с Чарли на заднем плане его интересует реакция модели на свой, только что повернутый к нему лицом портрет. «Автопортрет с Чарли» стал лицом лондонской выставки – его можно увидеть на афишах и обложках.
Двойные портреты стали визитной карточкой Хокни – в них он исследует не только личности героев, но и их отношения друг с другом. Когда лос-анджелесская коллекционерша Марсия Вейсман заказала ему портрет своего мужа Фреда, он отказался, но предложил написать их двойной портрет – пара показалась ему необычной. На портрете Вейсманы стоят в своем саду скульптур, каждая из которых является их частью – от сидящей фигуры Генри Мура до полинезийского тотема, напомнившего Дэвиду саму хозяйку дома.
Наряду с матерью, главная женская модель Хокни – его давняя подруга Селия Бертвелл, текстильный дизайнер. Ее многочисленные портреты, особенно большие, сделанные цветными карандашами в Париже в начале 70-х, выдают особое отношение Хокни к ее женственности и нетипичной красоте. В 80-е, увлекаясь кубизмом, Хокни сделал ее ближе к зрителю, напомнив о Доре Маар, любимой модели Пикассо. «У Селии очень много выражений лица – говорит Хокни. Я рисовал ее много раз, и всякий раз выходит по-другому. Даже посмотрев все рисунки, которые я сделал с нее, вы не найдете их похожими». В 1969-м Селия Бертвелл вышла замуж за модельера Осси Кларка, вместе они открыли знаменитый бутик «Кворум» и стали ключевыми фигурами лондонской жизни рубежа 60-х – 70-х. Хокни знал Осси Кларка с начала 60-х, когда тот учился в Королевском художественном колледже. «Осси был частью «свингующего Лондона», он очень сильно был во всем этом замешан. Я же не только не был, но был полной противоположностью» - вспоминает художник.

96.49 КБ

Хокни обессмертил эффектную пару в «Мистер и миссис Кларк и их кот Перси» в той же позе, в которой он застал Осси и Селию в их доме в Ноттинг-хилле. Осси только что проснулся, закурил и взял кошку на руки. Хокни сказал «Это отлично!», и сделал фотографии и наброски. Хокни вспоминал, что портрет получился оттого, что «вы чувствуете присутствие двух людей и их непростые отношения. Осси сидит с кошкой, Селия стоит. Хотя мы понимаем, что должно быть наоборот». На стене как подзаголовок к картине висит собственная гравюра Хокни. Работа исследует не только взаимоотношения Кларков, но и их отношения с художником и зрителем. Чувствуется увеличивающаяся между ними пропасть – вскоре после завершения картины они расстались. Над картиной он работал больше года и в ней, по его словам, «ближе всего приблизился к натурализму».
Сегодня Хокни пишет йоркширские пейзажи, относясь к ним со всей серьезностью. Сравнивая Йоркшир с американским Западом, Хокни начал с акварелей, которые позволили ему мгновенно отображать переменчивую английскую погоду. Сегодня он работает маслом, утром грузит вещи в пикап и колесит по окрестностям в поисках нужного вида. Прежде чем взяться за кисть, художник пару часов вживается в приглянувшийся ландшафт, а потом концентрируется и начинает работать очень быстро. Пять четырехметровых пейзажей Хокни рисовал с одной точки в Уолдгейтском лесу с марта по ноябрь прошлого года. Каждый не похож на предыдущий. В марте, когда только набухают почки на голых деревьях, цвет фиолетовый и оранжевый, в мае – светло-зеленый, в июле он темнеет и насыщается. Сразу два пейзажа написаны в ноябре и передают холодную чистоту осеннего солнца и серый туман прозрачного утра.

46.58 КБ

Его новые пейзажи, выполненные маслом и акварелью, будут выставлены в июле в старой галерее Тейт, в качестве подарка художнику к семидесятилетию. Одновременно галерея попросила его отобрать 165 акварелей Тернера для выставки, которая будет идти параллельно его собственной. В интервью газете The Guardian Хокни сказал, что «счастлив погрузиться в изучение исключительной коллекции Тернера, хранящейся в Тейт». Частью работы художника станет обширный комментарий к виртуозной технике светотени и использования красок на примере подготовительных этюдов и эскизов Тернера, которые почти никогда не выставляются. Одной из центральных работ станет большая работа Тернера «Синяя Риги», выкупленная британской общественностью по подписке у иностранного коллекционера. Галерее Тейт при участии нескольких государственных фондов и частных меценатов удалось за несколько месяцев собрать почти пять миллионов фунтов стерлингов. Хокни - один из самых дорогих современных художников - его хрестоматийный «Всплеск» был продан в прошлом году за 4,8 миллиона долларов.

30.77 КБ

Вадим Алексеев
Artbestseller #2


promo sindzidaisya october 20, 2014 16:26 10
Buy for 20 tokens
Статуя, действительно, занесена в книгу рекордов Гиннеса, ее высота 100 метров, а с постаментом в форме лотоса - 120 метров. Это самая высокая статуя Будды в мире, построенная в 1995 году, и, кстати, она в два раза выше статуи Свободы в Нью-Йорке. Находится она в парке Аркадия города Усику (или…

  • 1
Сергей, с днем рождения! Счастья и успехов!! Пусть сегодняшний день для вас будет радостным, наполненным вниманием людей и добрыми пожеланиями вам! :-)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account